Очередной герой нашего проекта об участниках Великой Отечественной, чьими именами названы улицы Червеня, сам здесь родился и был обычным еврейским мальчишкой, которых и до революции, и после неё в городе было огромное количество. Мог ли мальчик Сёма даже в самых смелых своих мечтах предположить, что когда-то, лет через сто, его именем назовут одну из червенских улиц?
Скорее всего, что нет. Пока мы юны и легкомысленны, мы мечтаем о простых вещах – стать сильным, донести до дома портфель приглянувшейся девчонки, забить решающий гол в импровизированном дворовом турнире, выиграть в какую-нибудь игру у извечного соперника из соседнего дома. Мы не задумываемся, что когда-то умрём, поэтому и о названных нашими именами улицах не думаем – ведь такие названия обычно дают, когда человека уже нет. Улица имени Гуревича появилась в Червене сравнительно недавно – не было уже старинного названия Игумен, а был Червень, и не в составе Российской империи он находился, как при рождении Семёна, а на территории суверенного белорусского государства.
И нет уже ни шумных толп шебуршных еврейских мальчишек на улицах, да и взрослых вместо тридцати двух дореволюционных процентов – может, всего несколько человек. Нет ни многочисленных ранее маленьких столярных мастерских, в одной из которых работал Семён после школы-семилетки, ни больших семейств Гуревичей, где все связаны меж собой разнокалиберными нитями близкого и дальнего родства. Но по-прежнему есть ещё книги, страницы в Википедии, воспоминания в музее и те самые таблички в районе Мирного: Гуревича 1, Гуревича 3, всего – около десяти, а может и меньше, домов на одной из тихоньких окраинных улиц, где коты непугливы, степенны и внимательны к каждому редкому прохожему. Пусть это не самая большая, скорее, наоборот, самая маленькая улица в моём городе, но это тоже наша память и наше уважение.
Семён Гуревич родился в 1915 году. Его день рождения приходился на конец декабря, когда вовсю уже задували метели, утренняя тьма почти что цеплялась за тьму вечернюю, и семья будущего связиста наверняка получала новости первым делом возле общего колодца, а не по оптоволокну. Сёма отучился в школе семь классов, по тем временам достаточно хорошее образование. После семилетки пошёл работать столяром в небольшую местную мастерскую. В семнадцать его, как почти любого провинциального парня, стал манить большой город с его другой жизнью и другими возможностями.
Хаим Сутин и Шрага Царфин в подобной жизненной ситуации выбрали Париж. Семён Гуревич решил не будоражить общественность и папины нервы и устроился в Минске, рабочим на автозаводе.
Три года поработав на благо будущего, в котором марка МАЗ будет годно звучать и через столетие, в 1935-м Семён пошёл на службу в Красную Армию. Здесь, кстати, районная книга «Память» и портал «Память народа» расходятся с Википедией: последняя называет дату 1936-й. Так или иначе, Семён остался в армии. В 1939-м участвовал в походе советских войск в Западную Белоруссию, после чего её, как и Западную Украину, присоединили к СССР.
В Великой Отечественной войне участвовал с первых её дней, призвался из Минского военкомата в июне 1941 года. Воевал на Западном, Брянском, Степном, Первом и Втором Украинских фронтах. В 1942 году закончил Тамбовское кавалерийское училище. В 1943-м вступил в партию. Так как в предыдущих публикациях проекта тоже фигурировала эта фраза – «вступил в партию», читатели меня уже спрашивали: «Почему там не сказано, в какую именно партию он вступил?» А дело, видите ли, в том, что в 1943-м, как и в 1953-м, 1963-м и так далее, в общем, в любое советское время вступить можно было только в одну партию. Ибо, собственно, одна она тогда и существовала. Поэтому имеет ли смысл дописывать дополнительно, в какую именно? Хорошо, для самых юных – чтобы им объяснить, а также для самых пожилых – чтобы их порадовать: Гуревич вступил в коммунистическую партию большевиков.
Звание у него было – гвардии лейтенант. Что значит «гвардии»? Звание «гвардейский» присваивалось самым крутым подразделениям и частям за особые отличия на поле боя. Первые гвардейцы появились при Петре Первом. Это были самые отборные войска, державшиеся поблизости от царя. Гвардия переводится как «охрана». Она веками имеется во многих армиях Европы. И не только в армиях. Помните фильм «Телохранитель»? На английском это «Bodyguard». А помните мыло, которое кожу охраняет от бактерий? «Safeguard». В 1918 году гвардию в молодой Стране Советов отменили, но в начале Великой Отечественной стали снова присваивать это звание.
Семён Гуревич был на вой- не связистом – командовал телефонно-кабельным взводом 107-й гвардейской отдельной роты связи. Особо отличился в 1943-м при форсировании Днепра. Это происходило на Украине, в Днепропетровской области. В ночь на 25 сентября 1943 года гвардии лейтенант Гуревич с четырьмя связистами под огнём врага на лодке и вплавь преодолел Днепр и проложил кабельную линию, установив таким образом связь между командными пунктами полка и дивизии.
Вы прочитали фразу «под огнём врага переплыл Днепр?» Давайте с вами на минуточку остановимся в этом месте. Я не знаю, видели ли вы Днепр, я видела в нескольких местах его русла, в том числе и на Украине, и это очень впечатляет. В смысле – широко! Там действительно редкая птица долетит, как говорил классик… Но если каждый из нас худо-бедно может из личного опыта представить широкую реку в конце сентября, то я даже не знаю, с чем сравнить «под огнём врага». Сегодня мы тикаем с улицы, когда заряжает дождь, и в панике бежим, когда с неба начинает валить град. Олимпийцы переплывают грязную Сену и потом блюют. Инстасамке не так сделали маникюр, и она подаёт в суд. Мы слишком, и к счастью, избалованы миром, спокойствием и комфортом.
Мы знаем, что не умрём ни от дождя, ни от града, ни от грязи в воде, ни от плохого маникюра. Но всё равно этого всего избегаем. Нам никогда не понять, пусть мы и думаем, что понимаем, как это – переплыть Днепр под огнём врага. И если я когда-нибудь в глубокой старости буду так же окружена людьми, не понимающими этого – я буду считать, что прожила хоть и несколько идиотскую, но всё же более- менее нормальную жизнь.
…Однако мир и комфорт выпадает не всем, не во все времена, не везде. На следующий день после установки связи, 27 сентября, группа гитлеровских автоматчиков просочилась в тыл полка и связь с левым берегом снова прервалась. Гуревич повёл воинов-связистов в атаку и лично уничтожил около десяти гитлеровцев. Связь была восстановлена.
Бои на Приднепровском плацдарме длились около месяца. Не раз его защитники оказывались в критическом положении, не раз соседнее село переходило то к одним, то к другим. Но советские солдаты всегда вынуждали врага отступить. Не последнюю роль сыграли связисты и гвардии лейтенант Гуревич, обеспечивая надёжную связь и непосредственно участвуя в боях.
Через месяц, 26 октября 1943 года, Указом Президиума Верховного Совета СССР Семёну Гуревичу за образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные при этом мужество и героизм присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».
Также за время войны Гуревич был награждён медалью «За отвагу», орденом Красной Звезды, орденом Отечественной войны 2-й степени. При этом он не погиб, прошёл всю войну!
Его боевой путь начался в Минске в июне 1941-го, а закончился в чешских Карловых Варах в мае 1945-го. В запас уволили в августе сорок шестого. Дальше сухие строчки документов говорят, что он жил и работал в Минске и умер в 1982 году. Я не знаю, сколько Семён Гуревич жил после войны в Червене и жил ли вообще. Учитывая, что здесь было гетто, возможно, его семья погибла. Как рассказывали в моём детстве старые люди, многим местным евреям, вернувшимся с войны и с ужасом узнавшим, что все их близкие зверски убиты, было невыносимо тяжело находиться здесь, и они уезжали в другие места. Жалко, что когда мы были маленькими, то не записывали всех воспоминаний. Но разве мы виноваты в том, что верили: так будет всегда, и никто никогда не умрёт?..
Наталья КОРОЛЬКЕВИЧ
Карта сайта